ICT expertise as a key element of Estonia's soft power and Euro-Atlantic integration
Table of contents
Share
Metrics
ICT expertise as a key element of Estonia's soft power and Euro-Atlantic integration
Annotation
PII
S258770110011243-9-1
DOI
10.18254/S258770110011243-9
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Dejan Ćosić 
Occupation: Master's student at the Faculty of Political Science
Affiliation: State Academic University for the Humanities (GAUGN)
Address: Moscow, 119049, Maronovskiy str., 26
Edition
Abstract

The article analyzes the efforts of Estonia to form ICT expertise and its gradual transformation into the central element of interaction with the outside world and the main component of the Estonian brand. The use of expertise in the field of e-democracy and cybersecurity for deepening relations with the NATO bloc and comprehensive expansion of ties with other countries of the Baltic region, in particular with Finland, is considered. Within the framework of the work, doctrinal documents, research and the results of the work of non-profit organizations and non-governmental organizations, government reports are considered; Estonian politics is viewed in the context of theories of behavior of small states. It is assumed that the Estonian experiment was generally successful, but the coming years will be extremely difficult for such a small but ambitious state due to the growing presence of large countries in its area of expertise.

Keywords
Estonia, cybersecurity, ICT-expertise, small states, X-Road, innovation policy, e-democracy, soft power, European integration, Atlantic integration
Received
04.06.2020
Date of publication
02.10.2020
Number of characters
32527
Number of purchasers
1
Views
88
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf

To download PDF you should sign in

1 В настоящей статье представлен анализ методов, с помощью которых Эстонская Республика увеличивает свой политический вес в рамках Евроатлантических организаций сотрудничества. Среди целей и задачей исследования – выявить основные особенности «нишевой» политики Эстонии, определить их историю и способы практического применения через призму последних наработок теории малых государств. В рамках исследования проанализированы доктринальные документы, государственные отчеты, материалы НАТО, Евросоюза, НКО и НГО; статьи европейских и отечественных балтистов, специалистов по теории малых государств и инновационной политике; будут рассмотрены некоторые аспекты теории малых государств, их мягкой силы и способов концентрации ресурсов на ключевых внешнеполитических направлениях.
2

На протяжении XX и XXI вв. распад старых империй и процессы деколонизации вернули в мировую политику малые государства. Сегодня членство в ООН есть уже у 193 стран, и, из них, лишь в 73 странах проживает более 15 миллионов человек; из оставшихся 120 еще 70 имеют 5 и менее миллионов граждан1. Немало территорий в составе других государств претендуют на автономию или даже полную независимость, что лишь увеличит число малых акторов в мировой политике. Кроме того, сегодня малые государства, обеспокоенные хаотичным поведением крупных держав, являются двигателями развития и поддержки международного права и многостороннего сотрудничества.2 Интересным примером этого тренда послужат усилия малых и средних стран в построении организованного ответа на мировой кризис, связанный с COVID-19. 3 В этом контексте видимая периферия мировой политики может оказаться дополнительным источником инноваций, что делает ее важным объектом исследований. Так, рассматриваемый нами в статье, кейс Эстонии примечателен как активная попытка малого государства с относительно короткой историей совместить построение эффективной государственной системы с максимальным увеличением собственной значимости, как в рамках избранных военных и экономико-политических альянсов (Евросоюз и НАТО), так и в целом на мировой арене. Не всегда успешный, но крайне интересный и достойный осмысления и частичного заимствования, опыт Эстонии в создании и экспорте электронного государства и связанной с ним научной и ICT экспертизы мы попытаемся рассмотреть в рамках современных теорий о поведении малых государств.

1. Demographic and Social Statistics //UN Statistics Division [Электронный ресурс] URL: >>>> (дата обращения: 14.06.2020).

2. Lupel, A., Mälksoo, L. A Necessary Voice: Small States, International Law, and the UN Security Council (pp. 3-5, Rep.). International Peace Institute, 2019. P.1 [Электронный ресурс] URL: >>>> (дата обращения: 14.06.2020).

3. D. Cave, I. Kwai. China Is Defensive. The U.S. Is Absent. Can the Rest of the World Fill the Void? May 11, 2020. //NYTimes [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020).
3

Сперва следует определить научные границы интересующей нас темы. Тренд на увеличение роли малых государств не остался незамеченным в политической науке; еще во время Холодной войны начали появляться основательные работы, посвященные положению и перспективам малых государств в тот исторический период.4 В целом, принято определять «малые государства» по основному показателю - количеству населения, а не по размерам территории или уровню ВВП и другим экономическим параметрам. Малыми государствами обычно признаются страны с населением 15 и менее миллионов человек. Бальдур Торалльсон предложил собственную, более комплексную схему оценки для определения «размера» государства по категориям5: фиксированный размер (территория и население), суверенный размер (возможность государства осуществлять полный контроль над своей территорией и эффективно ей управлять), политический размер (военные и бюрократические возможности государства), экономический размер (ВВП и общий уровень экономического развития), воспринимаемый размер (вера элит и населения в свою важность на мировой арене), и предпочитаемый размер (амбиции, идеология, идеи элит, и насколько они направлены на экспансию, даже если не обязательно территориальную)6.

4. Thorhallsson B (2018). Studying small states: A review. 17-34 // Small States & Territories, Vol. 1, No. 1, 2018 p.18 [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020).

5. Thorhallsson B. The Size of States in the European Union: Theoretical and Conceptual Perspectives. Journal of European Integration. 28. 7-31. 10.1080/07036330500480490. P. 10 [Электронный ресурс] URL: >>>> (дата обращения: 14.06.2020)

6. Thorhallsson B. (2018). Studying small states: A review. 17-34 // Small States & Territories, Vol. 1, No. 1, 2018 P.17 [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
4 Для малых государств небольшое население означает отсутствие возможности развить всеобъемлющую научную экспертизу, диверсифицированную экономику с опорой на внутренний рынок или значимым влиянием на баланс мировой торговки (и, как следствие, зависимость от нее), или современные, технологичные вооруженные силы с широким спектром возможностей проецирования силы. Подобная предполагаемая «слабость» привела к распространению в годы холодной войны концепции того, что вступление в альянсы и подчинение более крупным государствам для обеспечения безопасности и стабильности является единственной опцией для малых государств7. Такая узкая реалистическая концепция, безусловно, несет в себе зерна правды, но либеральный и особенно конструктивистский подходы позволяют дать малым государствам больше прав на независимую политику, учесть их экономические интересы, или не всегда рациональные, но тем не менее важные идеологические устремления, вызванные разнообразием идентичностей малых государств.
7. Ibid. P. 18
5

Итак, малые государства обнаруживают себя ограниченными в инструментах традиционной «жесткой» силы, и их состояние непосредственно зависит от международной политической и экономической обстановки и воли соседних с ними крупных государств. Но это, конечно, не означает, что они совершенно не используют жесткую силу как элемент дипломатии. Более безопасным и чаще применяемым методом взаимодействия малых стран с окружающим миром являются дипломатия и формы мягкой силы. Это связано с тем, что малые страны, имея ограниченные ресурсы, не всегда в состоянии мобилизовать полный инструментарий мягкой силы, описанный еще Джозефом Наем – и фокусируются на каких-то конкретных элементах мягкой силы, создавая в них значимую экспертизу. Так, они могут прибегать к «нишевой» или же «протестной» дипломатии; ориентироваться на взаимодействие с одним крупным партнером, или же полагаться на построение связей в рамках международной организации, выстраивая «групповую дипломатию»; или же страна может фокусироваться на эксплуатации своего уникального ресурса или географического положения8, обеспечивая безопасность через уникальность.

8. Henrikson A.K. . Ten types of Small State diplomacy //The Fletcher School of Law and Diplomacy, Tufts University. 2017 pp. 2-5 [Электронный ресурс ]URL: >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
6

Согласно популярной теории, ориентированы эти методы на достижение одной из двух целей – «поиск убежища» или же «поиск статуса»9. Согласно первой концепции, главная цель страны – максимально обезопасить свое международное положение цепочкой альянсов или заручением поддержки международной организации или крупного государства. Различаются и типы искомого убежища: оно может быть политическим, экономическим, или социальным.10 По второй концепции, государство концентрирует ресурсы ради максимального увеличения своего политического веса. Это обеспечивает возможность говорить практически на равных с более крупными странами, даже если только по ограниченному числу вопросов.

9. Thorhallsson B. (2018). Studying small states: A review. 17-34 // Small States & Territories, Vol. 1, No. 1, 2018 [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)

10. Thorhallsson B., Alyson J. K. Bailes. “Do Small States Need ‘Alliance Shelter’?: Scotland and the Nordic Nations.”// Security in a Small Nation: Scotland, Democracy, Politics, 1st ed., vol. 4, Open Book Publishers, Cambridge, UK, 2017, pp. 49–76.[Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
7

С первых лет своей независимости, Эстония, вместе с другими постсоветскими балтийскими республиками, встала на путь Евроатлантической интеграции. После коротких колебаний в отношении концепций нейтралитета или тесной ассоциации со Скандинавскими государствами,11 уже к 1994 году Эстония присоединилась к PfP (Partnership for Peace), а к 1995 присоединилась к PARP (Partnership for Peace Planning and Review)12. Годом ранее Эстония смогла добиться вступления в Совет Европы, и начать переговоры о крупном торговом соглашении с Евросоюзом; кроме того, уже в 1992 году многие элементы создаваемой в государстве законодательной базы были вдохновлены Европейскими примерами13. Решительные и целеустремленные действия позволили им уже в 1997, первыми среди постсоветских государств, начать первый тур переговоров по вступлению в НАТО; тогда же удалось открыть и безвизовый режим со странами Скандинавии14. Всего лишь семью годами позднее, весной 2004, Эстония стала полноправным членом сперва НАТО, а затем и Европейского Союза. Эстония пошла по пути поиска убежища в рамках сильного международного альянса, вынеся урок из прошлого и отказавшись от концепции нейтралитета – «Эстония больше никогда не должна вновь остаться одна».15 О приверженности Эстонии найденному ей убежищу говорят и значительные усилия, приложенные руководством страны для достижения установленным НАТО критерием оборонных расходов в 2% ВВП – цифра, которой достигли лишь семь членов альянса из 29. 16

11. Воротников В.В. Евроатлантическая интеграция стран Балтии: некоторые итоги // Современная Европа. 2019. №7 (93). URL: >>>> (дата обращения: 14.06.2020).
12. Estonian Atlantic Treaty Organisation. Estonia in NATO [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)

13. Kull C. Relations between Estonia and the European Union in the Period Leading up to the Invitation to Accession Negotiations in 1997 // ESTONIA’S WAY INTO THE EUROPEAN UNION, Estonian Ministry of Foreign Affairs, 2009. P.20[Электронный ресурс] URL: >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
14. Wayne C. Thompson. Nordic, Central, and Southeastern Europe 2014 // Rowman & Littlefield Publishers, 2014. P.168 [Электронный ресурс] URL: https://books.google.ru/books?id=MWBYBAAAQBAJ&pg=PA138&lpg=PA138&dq=1997+estonia+eu+negotiations&source=bl&ots=95G73JaGAv&sig=ACfU3U2S35Y5EFyWFww5D6dbOfftKnuBlw&hl=ru&sa=X&ved=2ahUKEwjb8fSd6vDpAhVkwIsKHe4aCrYQ6AEwA3oECAgQAQ#v=onepage&q=1997%20estonia%20eu%20negotiations&f=false (дата обращения: 14.06.2020)

15. Sulg M. & Crandall M. (2020). Geopolitics: The Seen and Unseen in Small State Foreign Policy. Journal of Regional Security. 15. 10.5937/jrs15-24562. [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)

16. NATO Public Diplomacy Division. COMMUNIQUEPR/CP(2019)123 Defence Expenditure of NATO Countries (2013-2019)[Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
8

Однако, не менее судьбоносное для положения Эстонии решение уже было принято гораздо раньше – в 1996 году была инициирована программа "Тигровый Прыжок" (Tiigrihüpe), предложенная послом страны в США Тоомасом Ильвесом и министром образования Яаком Аавиксоо. Программа предполагала оснащение всех эстонских школ современными компьютерными классами с подключением к интернету, и крупных инвестиций в образование в сфере информационных технологий; тогда же были заложены основы юридического контроля за информационным пространством – в частности Акт о защите персональных данных. Так начали закладываться основы электронного государства в Эстонии; а уже в 2000 году был принял пакет документов, фактическом запустивший функционирование инструментов электронного государства – Акт о публичной информации, Акт о Регистре населения, и акт о Цифровых подписях.17 Тогда же началась цифровизация бюрократии, налоговой системы, службы парковки. Банки поддержали усилия правительства, перенеся свои услуги в Интернет. Наконец, в 2001 году началась интеграция всех государственных цифровых инициатив в единую систему – X-Road, важнейшее технологическое достижение Эстонии. Но, несмотря на то, что многие «цифровые» инициативы эстонского правительства были приняты еще в первые годы жизни страны, между внедрением политики и значимыми изменениями в социально-экономическом развитии страны существует лаг, после которого рост порой становится экспоненциальным18. Но продолжительность задержки в Эстонии в некоторых случаях составляла до 15 лет19.

17. World Development Report 2016. Estonian e-Government Ecosystem //The World Bank, 2016. [Электронный ресурс] URL:]http://pubdocs.worldbank.org/en/165711456838073531/WDR16-BP-Estonian-eGov-ecosystem-Vassil.pdf (дата обращения: 14.06.2020)

18. Ibid.

19. Mets, Tõnis. (2017). Is ICT the Solution of the Problem for Estonia?. 10.1007/978-3-319-56523-1_15. P. 17 [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
9 В итоге, на сегодняшний день, 99% государственных услуг в Эстонии можно получить онлайн; все население страны имеет ID-карты с электронной подписью, и до трети всех избирателей голосует дистанционно. 5% населения (или даже больше по некоторым подсчетам) работают в сферах связанных c ICT. В этом, самом малом из трех балтийских государств, ежегодно запускается в два раза больше стартапов, чем у соседей; большая часть из них связана с информационно-коммуникационными технологиями, и суммарно они привлекают в три раза больше инвестиций, из которых лишь 17% не являются иностранными. 20 В отчете ITU за 2019 Эстония получила 4 место регионе и 7 по миру в вопросах кибербезопасности21; отчет ООН по Развитию электронного государства поместил страну на 17 место в мире22. За два десятилетия развития электронного государства был успешно выстроен бренд «E-stonia», высокотехнологичного «государства будущего», который активно ретранслируется как в популярных СМИ, так и нередко в академических кругах23. Найдя себе экономическое, культурное и военно-политическое «убежище» и выстроив внутри него устойчивое государство, Эстония начала искать «статусную нишу».
20. Ibid.

21. ITU Publications. Global Cybersecurity Index (GCI) 2018 //ITU 2018 [Электронный ресурс] URL: >>>> (дата обращения: 14.06.2020)

22. Department of Economic and Social Affairs. UNITED NATIONS E-GOVERNMENT SURVEY 2018//United Nations. [Электронный ресурс] URL: >>>> (дата обращения: 14.06.2020)

23. Papp-Váry, Á. A Successful Example of Complex Country Branding: The ‘E-Estonia’ Positioning Concept and Its Relation to the Presidency of the Council of the EU, Acta Universitatis Sapientiae, European and Regional Studies, 14(1), 87-115, 2018. P.114 doi: >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
10 Не имея возможностей для построения большой экономики, мощной армии, эксплуатации природного ресурса или геостратегического положения для увеличения своего политического веса, Эстония обратилась к своим внутренним достижениям – впечатляющей научной экспертизе в сфере ICT и хорошо развитыми связанными с ней вспомогательными науками: юриспруденции и политических наук, менеджмента, бизнес-технологий. Начиная с ранних установочных документов по развитию эстонской науки и образования задачей ставилось увеличить количество исследований в стране и обеспечить их «заметность» (visibility). В этом контексте можно выделить два ключевых направления деятельности:
11 1. Проведение международных исследований, укрепление международных научных связей через открытие научных центров на территории Эстонии 2. Экспорт и поддержка технологий, связанных с X-Road и других эстонских наработок в области электронного государства, предложение экспертизы через НКО, частные компании или исследовательские институты
12 Сперва рассмотрим несколько примеров первого направления.
13 В рамках НАТО именно Эстония нередко воспринимается как главный эксперт «нового поля боя». После того, как в 2007 году продолжительные кибератаки поставили под угрозу всю систему государственного управления страны, кибербезопасность оказалась в центре государственной политики – нарушение работы X-Road вполне могло бы разрушить все достижения страны. Так, по Эстонской инициативе в 2008 году (что интересно, первое предложение об открытии подобного центра было предложено ими же еще в 2004) при поддержке Германии, Италии, Латвии, Литвы, Словакии и Испании был открыт CCDCOE (Cooperative Cyber Defence Centre of Excellence) в Таллине.24 Всего двумя годами позже, силами центра были организованы крупнейшие на тот момент в мире киберучения Locked Shields; тогда же международный коллектив академиков выпустил Tallin Manual, оказавший значительное влияние на мировую дискуссию по кибербезопасности.
24. CCDCOE. About Us – History [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
14

Сегодня в центре работают специалисты из 25 стран; на регулярной основе проводятся две крупных программы учений самого центра, и большая часть учений НАТО сегодня проводится при поддержке CCDCOE. Ежегодно в его рамках выпускаются десятки публикаций по широкому спектру тем. На базе организации проходит и CyCon, крупнейшая региональная конференция по вопросам кибербезопасности. Среди партнеров института числятся десятки институтов, организаций и компаний, включая чешский NUCIB, Международный красный крест, Уханьский университет, Университет Эксетера. Швеция и Финляндия, не являясь членами атлантического договора, принимают активное участие в деятельности киберцентра. Центр сертифицирован для обучения военного и гражданского персонала стран НАТО, в том числе и командного. Активность и функционирование подобного института на территории Эстонии – значимое достижение, особенно для столь малого государства; тем более, что недавно CCDCOE стал крупнейшим центром совершенства в структуре НАТО. Кроме того, в Эстонии функционирует Балтийский Оборонный Колледж, созданный вместе с Латвией и Литвой, и сотрудничающий с НАТО и странами Скандинавии, проводящий собственные исследования и ведущий несколько сертифицированных НАТО курсов.

15 Отдельного внимания достойна Академия электронного управления, e-Governance Academy. Фабрика мысли-НКО, открытая при поддержке ООН, Эстонского правительства и Института открытого общества успела оказать серьезное влияние на развитие исследований в вопросах электронной демократии, выпустив десятки публикаций и ведя несколько ежегодников, в том числе и на русском. Организация успела принять участие во многих значимых проектах, и сейчас работает в консультационных проектах в Киргизстане, Ираке, Армении, Беларуси, Бенине, Монголии и других государствах; сразу несколько проектов ведется в сотрудничестве с Евросоюзом и Украиной. За 18 лет своей деятельности академия поучаствовала в проектах более чем в 130 странах, укрепляя позиции Эстонии как центра исследований в вопросах электронного управления и кибербезопасности.
16 Деятельность академии позволяет обратить внимание на сложную структуру научного и технологического знания в Эстонии: оно распределено между частными компаниями, стартапами, фабриками мысли и научными сегментами образовательных учреждений. Первые годы развития электронного государства тоже отражали проблему рассредоточенности экспертного знания: именно банковский сектор выступил инициатором и разработчиком первых систем электронной идентификации. Понимая проблемность сегментирования экспертизы, требующей концентрации для максимального эффекта, эстонское правительство постоянно занято созданием эффективной обратной связи между разными секторами власти, науки и экономики. Так, например, действуют Эстонская ассоциация информационной безопасности и Эстонская ассоциация информационных технологий и коммуникации, совмещающих в себе функции консультативных и репрезентативных органов, как внутри Эстонии, так и в других странах Евросоюза.
17 Как уже отмечалось, одна из важнейших технологий в центре Эстонского электронного государства – X-Road. Значительные усилия прилагаются не только для развития и совершенствования системы на родине, но и для экспорта ее в другие страны. Сама по себе технология представляет собой скорее центральный элемент системы, нужный для объединения других сегментов государственного управления – регистра населения, системы электронного здравоохранения и любых других программ и баз данных, требуемых для работы частным компаниям и институтам. Исходный код системы был открыт по лицензии MIT, а его старые версии хранятся в виде открытого архива25. В самом полном виде X-Road функционирует в Эстонии и Финляндии; с 2018 года две системы объединены в «федерацию», что позволяет им функционировать в связке. На разных этапах в разработке системы и ее отдельных компонентов поучаствовало более 20 компаний и институтов стран Прибалтики и Скандинавии, но с 2018 года все усилия сконцентрированы (пусть и с учетом особенностей открытой разработки) в одном учреждении.
25. Nordic Institute – X-Road. Open Source-Code and Information >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
18 Сегодня за развитие и распространение X-Road отвечает институт NIIS (Nordic Institute for Interoperability Solutions), финансируемый в равной доле из бюджетов Финляндии и Эстонии. Во многом уникальная организация: институт выступает одновременно и как главный оператор системы в двух странах, и как платформа для координации всех сторонних разработок в рамках электронного управления. Среди целей института – стратегический менеджмент и создание «глобального сообщества» пользователей X-Road, не зависимо от масштаба применения системы – на уровне национального правительства или в рамках небольшой компании26. Система получила международное признание; решения на ее основе имплементировала крупнейшая японская газовая компания Nichigas27, использует систему и другая японская фирма, Panetway. Среди примеров применения системы на государственном уровне – провинция Неукен в Аргентине, Исландия, Фарерские острова, Палестина28 и многие другие государства. Частичная имплементация решений X-Road, часто при поддержке eGA и эстонских ICT-компаний, активно проводится в Украине, Намибии, Тунисе, Киргизстане, Азербайджане, Армении. Молдове, Кипре29.
26. Nordic Institute for Interoperability Solutions – History. [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)

27. Invest in Estonia. Japan’s major gas company Nichigas started to use a software solution based on Estonian X-Road [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)

28. Nordic Institute. X-Road History [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)

29. eGA. 26 countries show interest in Estonia’s e-state solutions// E-Governance Academy Soulutions. 16.02.2015 [Электронный ресурс] URL: >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
19 Расширение круга пользователей эстонских электронных решений и частота консультаций с научными организациями позиционируется как элемент распространения демократии, согласно целям ЕС и ООН. Нередко технические решения распространяются в рамках Эстонского фонда развития.30 Активная работа в Грузии, Украине, Молдове и регионе Средиземного моря и Средней Азии помогает поместить Эстонию в центр внешнеполитических усилий по распространению сферы влияния Евросоюза, а частичная имплементация эстонских решений членами НАТО позволяет претендовать на укрепление общей обороноспособности альянса. Эстония смогла эффективно встать в центр новой политической повестки Евроатлантического региона – развития «киберэкспертизы». Не всегда имея ресурсы для масштабной работы, доступной другим странам, за счет богатого практического опыта и рационального фокусирования на ключевых вопросах эстонские эксперты смогли сделать свой голос заметным.
30. Ministry of Foreign Affairs of Republic of Estonia. Overview of Estonian development cooperation [Электронный ресурс] >>>> (дата обращения: 14.06.2020)
20 Эта впечатляющая для малого государства научная и консультационная деятельность находит отражение и в государственных документах. С 2014 по 2020 пошагово имплементировалась программа «Knowledge-based Estonia»31, призванная удержать и укрепить текущую позицию страны как «эксперта» по вопросам цифровых технологий. Программа состоит из четырех пунктов-целей:
31. Estonian Research and Development and Innovation Strategy 2014-2020 “Knowledge-based Estonia”. Republic of Estonia Ministry of Education and Research [Электронный ресурс] URL: >>>>
21
  1. Исследования в Эстонии проводятся на высоком уровне и в разных сферах. Исследования заметны в мировой науке, а сама страна привлекательна как для собственных, так и для зарубежных специалистов.
  2. Исследования и разработки функционируют в интересах экономики и общества страны, и фокусируются на решении важнейших проблем.
  3. Новые исследования делают структуру экономики более основанной на знаниях. В первую очередь развиваются технологии здравоохранения, ICT, эффективного использования природных ресурсов.
  4. Эстония активна и заметна в международном научно-техническом сотрудничестве. Страна должна активно принимать участие в Европейских, Балтийский и Скандинавских исследованиях, в том числе обеспечивая эстонским компаниям доступ к последним достижениям мировой науки.
22 В самом тексте доктрины отмечено, что, пока прошлые документы специализировались на развитии научно-технического сектора в самой Эстонии, сейчас цель уже в реформировании экономики для современных проблем и активном взаимодействии с внешним миром. Отмечается потребность в «умной специализации», т.е. дальнейшем активном развитии в сферах, в которых у страны уже есть значительный опыт работы, и фокус на новых перспективных трендах, позволяющих формировать новые зоны научного лидерства. Хорошим примером концентрации сил на новом направлении в рамках «умной специализации» послужит активность в сфере разработок Искусственного интеллекта: летом 2019 правительство выпустило «Национальную стратегию ИИ 2019-2021»32. В рамках этого национального плана предполагается усилить с помощью новой технологии электронное управление, ввести ИИ в экономику, начать разработку навыков в работе с ИИ, и начать создавать юридическую базу для разных форм Искусственного интеллекта.
32. Government of the Republic of Estonia. Estonia’s National AI Strategy, July 2019[Электронный ресурс] URL:https://f98cc689-5814-47ec-86b3-db505a7c3978.filesusr.com/ugd/7df26f_27a618cb80a648c38be427194affa2f3.pdf
23 Можно утверждать, что концентрация усилий на развитии ICT-экспертизы и связанных наук и технологий в сфере кибербезопасности, электронной демократии и государственного управления позволила Эстонии занять заметное место в Европейских усилиях по цифровизации. Благодаря этому, в страну были привлечены значимые инвестиции из Скандинавии, НАТО, фондов Евросоюза, что помогло продолжить положительный тренд. Можно заметить и что новое поколение эстонских политиков в общем понимает причины успеха прошлого, и пытается всячески их развивать; об этом говорит и открытие NIIS, и расширение CCDCOE, и активное финансирование исследований в сфере искусственного интеллекта. Эстонии удалось сформировать собственную идентичность, будучи маленьким государством в альянсе главных акторов мировой политики, и привлечь их внимание к себе. Однако, сложно спрогнозировать сможет ли Эстония остаться в списке лидеров своей «ниши» в среднесрочной перспективе; как зависимое от международной обстановки малое государство она может понести серьезные экономические потери от текущей волны экономического кризиса. Кроме того, без крайне точного и умелого распределения ресурсов страна может оказаться просто не в состоянии сравниться с инвестициями своих соседей в высокие технологии. Однако широкая сеть международных академических и технических связей позволяет допустить успех новых эстонских инициатив.

References

1. Vorotnikov V.V. Evroatlanticheskaya integraciya stran Baltii: nekotorye itogi // Sovremennaya Evropa. 2019. №7 (93). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/evroatlanticheskaya-integratsiya-stran-baltii-nekotorye-itogi (data obrashcheniya: 14.06.2020)

2. Cave D., Kwai I. China Is Defensive. The U.S. Is Absent. Can the Rest of the World Fill the Void? May 11, 2020. //NYTimes [Elektronnyj resurs] URL:https://www.nytimes.com/2020/05/11/world/australia/coronavirus-china-inquiry.html (data obrashcheniya: 14.06.2020).

3. CCDCOE. About Us – History [Elektronnyj resurs] URL: https://ccdcoe.org/about-us/ (data obrashcheniya: 14.06.2020)

4. Demographic and Social Statistics //UN Statistics Division [Elektronnyj resurs] URL: https://unstats.un.org/unsd/demographic-social/products/dyb/ (data obrashcheniya: 14.06.2020).

5. Department of Economic and Social Affairs. UNITED NATIONS E-GOVERNMENT SURVEY 2018//United Nations. [Elektronnyj resurs] URL: https://publicadministration.un.org/Portals/1/Images/E-Government%20Survey%202018_FINAL%20for%20web.pdf (data obrashcheniya: 14.06.2020)

6. eGA. 26 countries show interest in Estonia’s e-state solutions// E-Governance Academy Soulutions. 16.02.2015 [Elektronnyj resurs] URL: https://ega.ee/news/26-countries-show-interest-in-estonias-e-state-solutions/ (data obrashcheniya: 14.06.2020)

7. Estonian Atlantic Treaty Organisation. Estonia in NATO [Elektronnyj resurs] URL:https://www.eata.ee/en/nato-2/estonia-in-nato/ (data obrashcheniya: 14.06.2020)

8. Estonian Research and Development and Innovation Strategy 2014-2020 “Knowledge-based Estonia”. Republic of Estonia Ministry of Education and Research [Elektronnyj resurs] URL: https://www.hm.ee/sites/default/files/estonian_rdi_strategy_2014-2020.pdf (data obrashcheniya: 15.06.2020).

9. Government of the Republic of Estonia. Estonia’s National AI Strategy, July 2019[Elektronnyj resurs] URL:https://f98cc689-5814-47ec-86b3-db505a7c3978.filesusr.com/ugd/7df26f_27a618cb80a648c38be427194affa2f3.pdf (data obrashcheniya: 15.06.2020).

10. Henrikson A.K. Ten types of Small State diplomacy //The Fletcher School of Law and Diplomacy, Tufts University. 2017 pp. 2-5 [Elektronnyj resurs ]URL: https://is.muni.cz/el/1423/podzim2008/MVZ157/um/TEN_TYPES_OF_SMALL_STATE_DIPLOMACY.pdf (data obrashcheniya: 14.06.2020)

11. Invest in Estonia. Japan’s major gas company Nichigas started to use a software solution based on Estonian X-Road [Elektronnyj resurs] URL:https://investinestonia.com/japans-major-gas-company-nichigas-started-to-use-a-software-solution-based-on-estonian-x-road/ (data obrashcheniya: 14.06.2020)

12. ITU Publications. Global Cybersecurity Index (GCI) 2018 //ITU 2018 [Elektronnyj resurs] URL: https://www.itu.int/dms_pub/itu-d/opb/str/D-STR-GCI.01-2018-PDF-E.pdf (data obrashcheniya: 14.06.2020)

13. Kull C. Relations between Estonia and the European Union in the Period Leading up to the Invitation to Accession Negotiations in 1997 // ESTONIA’S WAY INTO THE EUROPEAN UNION, Estonian Ministry of Foreign Affairs, 2009. P.20[Elektronnyj resurs] URL: https://vm.ee/sites/default/files/content-editors/web-static/052/Estonias_way_into_the_EU.pdf (data obrashcheniya: 14.06.2020)

14. Lupel A., Mälksoo L. A Necessary Voice: Small States, International Law, and the UN Security Council (pp. 3-5, Rep.). International Peace Institute, 2019. P.1 [Elektronnyj resurs] URL: https://www.jstor.org/stable/resrep19645 (data obrashcheniya: 14.06.2020).

15. Mets T. (2017). Is ICT the Solution of the Problem for Estonia?. 10.1007/978-3-319-56523-1_15. P. 17 [Elektronnyj resurs] URL:https://www.researchgate.net/publication/318146216_Is_ICT_the_Solution_of_the_Problem_for_Estonia (data obrashcheniya: 14.06.2020)

16. Ministry of Foreign Affairs of Republic of Estonia. Overview of Estonian development cooperation [Elektronnyj resurs] URL:https://vm.ee/en/overview-estonian-development-cooperation (data obrashcheniya: 14.06.2020)

17. NATO Public Diplomacy Division. COMMUNIQUEPR/CP(2019)123 Defence Expenditure of NATO Countries (2013-2019)[Elektronnyj resurs] URL:https://www.nato.int/nato_static_fl2014/assets/pdf/pdf_2019_11/20191129_pr-2019-123-en.pdf (data obrashcheniya: 14.06.2020)

18. Nordic Institute – X-Road. Open Source-Code and Information URL:https://github.com/nordic-institute/X-Road (data obrashcheniya: 14.06.2020)

19. Nordic Institute for Interoperability Solutions – History. [Elektronnyj resurs] URL:https://www.niis.org/history (data obrashcheniya: 14.06.2020)

20. Nordic Institute. X-Road History [Elektronnyj resurs] URL:https://x-road.global/xroad-history (data obrashcheniya: 14.06.2020)

21. Papp-Váry Á. A Successful Example of Complex Country Branding: The ‘E-Estonia’ Positioning Concept and Its Relation to the Presidency of the Council of the EU, Acta Universitatis Sapientiae, European and Regional Studies, 14(1), 87-115, 2018. P.114 doi: https://doi.org/10.2478/auseur-2018-0013 (data obrashcheniya: 14.06.2020)

22. Perspectives. Journal of European Integration. 28. 7-31. 10.1080/07036330500480490. P. 10 [Elektronnyj resurs] URL: https://www.researchgate.net/publication/238315184_The_Size_of_States_in_the_European_Union_Theoretical_and_Conceptual_Perspectives (data obrashcheniya: 14.06.2020)

23. Sulg M.-L.,Crandall M. (2020). Geopolitics: The Seen and Unseen in Small State Foreign Policy. Journal of Regional Security. 15. 10.5937/jrs15-24562. [Elektronnyj resurs] URL:https://www.researchgate.net/publication/341406409_Geopolitics_The_Seen_and_Unseen_in_Small_State_Foreign_Policy (data obrashcheniya: 14.06.2020)

24. Thorhallsson B. (2018). Studying small states: A review. 17-34 // Small States & Territories, Vol. 1, No. 1, 2018 p.18 [Elektronnyj resurs] URL:https://www.researchgate.net/publication/327074818_Studying_small_states_A_review (data obrashcheniya: 14.06.2020).

25. Thorhallsson B., Bailes A.J.K. . “Do Small States Need ‘Alliance Shelter’?: Scotland and the Nordic Nations.”// Security in a Small Nation: Scotland, Democracy, Politics, 1st ed., vol. 4, Open Book Publishers, Cambridge, UK, 2017, pp. 49–76.[Elektronnyj resurs] URL:https://jstor.org/stable/j.ctt1sq5v42.7

26. Wayne C. Thompson. Nordic, Central, and Southeastern Europe 2014 // Rowman & Littlefield Publishers, 2014. P.168 [Elektronnyj resurs] URL: https://books.google.ru/books?id=MWBYBAAAQBAJ&pg=PA138&lpg=PA138&dq=1997+estonia+eu+negotiations&source=bl&ots=95G73JaGAv&sig=ACfU3U2S35Y5EFyWFww5D6dbOfftKnuBlw&hl=ru&sa=X&ved=2ahUKEwjb8fSd6vDpAhVkwIsKHe4aCrYQ6AEwA3oECAgQAQ#v=onepage&q=1997%20estonia%20eu%20negotiations&f=false (data obrashcheniya: 14.06.2020)

27. World Development Report 2016. Estonian e-Government Ecosystem //The World Bank, 2016. [Elektronnyj resurs] URL:]http://pubdocs.worldbank.org/en/165711456838073531/WDR16-BP-Estonian-eGov-ecosystem-Vassil.pdf (data obrashcheniya: 14.06.2020)