Perception of the Soviet period in contemporary history textbooks of Tajikistan
Table of contents
Share
Metrics
Perception of the Soviet period in contemporary history textbooks of Tajikistan
Annotation
PII
S258770110011039-4-1
DOI
10.18254/S258770110011039-4
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Stanislav Vasilyev 
Occupation: Master's student at the Faculty of Political Science
Affiliation: State Academic University for the Humanities (GAUGN)
Address: Moscow, 119049, Maronovskiy str., 26
Edition
Abstract

The article examines the perception of the Soviet period in modern history textbooks of the Republic of Tajikistan. A content analysis of eight textbooks was carried out for their relation to the Soviet past, and their specific features were highlighted. The study revealed that despite the Stalinist purges of the 1930s, the trauma of collectivization and Russification, the history textbooks of Tajikistan continue to portray the Soviet period in a rather positive way. Unlike most post-Soviet countries, the prevailing political discourse in the Republic of Tajikistan does not include colonial or occupation logic in relation to the USSR in its own system of historical narrative.

Keywords
politics of memory, post-Soviet space, USSR, Tajikistan, narrative, history, education, political analysis
Received
27.06.2020
Date of publication
02.10.2020
Number of characters
24053
Number of purchasers
1
Views
50
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf

To download PDF you should sign in

1

Политика памяти является частью символической политики. Так, по мнению Пьера Бурдье, для внедрения новых представлений о строении социальной реальности «самыми типичными стратегиями конструирования являются те, которые нацелены на ретроспективную реконструкцию прошлого, адаптируясь к потребностям настоящего»1. В данном случае объектом политики памяти становится не конкретный исторический нарратив, а коллективная память с ее тотальной мифологизацией. Различные интерпретации прошлого служат основанием для реализации многих политических действий и решений и не зацикливаются на формировании исторического нарратива. По определению А. Миллера, историческая политика — это совокупность методов, предполагающая «использование государственных ресурсов в сфере истории и политики памяти в интересах правящей элиты»2. В данном случае историческая политика оказывается частным случаем политики памяти, которую мы предлагаем понимать как деятельность государства и других акторов, направленную на утверждение тех или иных представлений о коллективном прошлом и формирование поддерживающих их культурной инфраструктуры, образовательной политики, а в некоторых случаях — еще и законодательного регулирования3.

1. Бурдье П. Социология социального пространства. — М.-СПб., 2007. С. 79

2. Миллер А.И. Историческая политика в Восточной Европе начала XXI века // Историческая политика в XXI веке / Под ред. А. Миллера, М. липман. — М., 2012. С. 19.

3. Малинова О.Ю. Политика памяти как область символической политики / Методологические вопросы изучения политики памяти. Сборник научных трудов. Москва, 2018. С. 27 - 53
2 Как и все государственные образования возникшие после распада СССР, Республика Таджикистан постепенно приобрела качества суверенного государства. Появились первые независимые административные, судебные, политические, социальные, экономические системы. Параллельно с этим, возникал новый государственный дискурс, особенность которого заключалась не только в особом восприятии роли Таджикистана на мировой арене, но и в отношениях общества и элит к историческим фактам и событиям. Так, в Таджикистане уже к началу XXI в. начинает формироваться особенная историческая политика.
3 В современном мире, любой исторический нарратив является прямым продуктом политического дискурса и общественного внимания. Объясняется данное положение тем, что различные подходы к повествованию истории этноса или государства сопровождаются границами морально-этических принципов, ценностными нормами и сложившейся системой взаимодействия внутри социальной группы. Отсюда возникают конструкты ретроспективы, которым свойственно меняться параллельно с общественно-политическими трансформациями.
4 Как административно-территориальная единица и этническое формирование Таджикистан появился в составе СССР только в 20-30 гг. ХХ в. До 1991 г. советское общество республики переживало идентичные другим республикам социально-экономические и политические процессы, во многом связанные с усилением национального, религиозного или этнического самоопределения. Однако в силу своего географического расположения и общего состояния данный регион приобрел свои специфические особенности, оставившие след в сознании старшего поколения. Сегодня школьники, родившиеся в постсоветском государстве, по-разному воспринимают прошлое своих предков и советского Таджикистана. Многими все исторические события и дискурсы прошлого столетия воспринимаются с точки зрения стороннего слушателя. И это действительно так, весь советский период представляется молодым поколением как нечто давнее, чуждое и существующее только в воспоминаниях людей среднего и пожилого возрастов.
5 При этом именно школьное восприятие истории особенно важно для современного Таджикистана. В последние годы население страны прирастает на 2,5% в год, что в пять раз быстрее чем в Китае, и в два раза быстрее чем в Индии. Такая скорость роста вообще характерна для региона – население Афганистана, например, прирастает на 2,4% ежегодно. Средний возраст граждан Таджикистана – 22,4 года, что даже ниже средней статистики по миру – в 30,6 лет. 75% населения моложе 30, их них 47% - моложе пятнадцати4. К 2050 году рост хоть и замедлится, но население страны уже достигнет 16 миллионов человек. Так, вопросы образования студентов и школьников для Таджикистана останутся ключевыми в обозримом будущем; потому значительный упор делается на формирование исторического нарратива именно у молодежи.
4. >>>>
6 Для анализа было отобрано 8 книг, которые использовались/используются при преподавании исторической науки в таджикских школах с конца советского периода до наших дней. Выбор учебников советской эпохи обуславливается тем фактом, что основной интерес для исследования представляет изображение тех или иных исторических событий в современных источниках в сравнении с иной (советской) точкой зрения.
7 Таджикские школьники на протяжении большей части советского периода в рамках получения исторического понимания хода событий изучали традиционные для системы образования той эпохи предметы: всемирная история и история СССР. Помимо прочего, начиная с 1960-х годов союзным республикам разрешалось вводить курсы по истории своего территориального образования. В качестве отправной точки для обсуждения современных учебников были выбраны два источника советского периода, опубликованные накануне/сразу после обретения независимости – «История таджикской ССР: учебник для 10 и 11 классов» (1991) Г. Хайдарова и «История таджикского народа: учебник для 8-10 классов» (1992) Б. Литвинского и А. Мухтарова. Несмотря на то, что они были написаны во времена перестройки и имели возможность переосмысления старых исторических истин, они все же представляют советскую историографию, основанную на марксистско-ленинском подходе.
8 После распада СССР и затяжной гражданской войны (1992-1997) вся таджикская система образования оказалась в глубочайшем кризисе. В рамках такой ситуации у властей были более приоритетные проблемы для решения, нежели разработка новой учебной программы. Только на рубеже тысячелетий в свет выходят новые постсоветские учебники истории Таджикистана.
9 В период с 2000 по 2002 год было опубликовано четыре учебника по истории Таджикистана для 6-9 классов: «История таджикского народа: учебник для 6 класса» (2001) Ю. Якубова, «История таджикского народа: учебник для 7 класса» (2002) С. Ходжаева, «История таджикского народа: учебник для 8 класса» (2000) А. Мухторова, и наконец «История таджикского народа: учебник для 9 класса» (2001) Р. Набиевой и Ф. Зикриёева. Книги для 10 и 11 классов появились лишь в 2005 и 2006 годах: «История таджикского народа: учебник для 10 класса» Н. Хакимова и «История таджикского народа: учебник для 11 класса» Р. Набиевой и Ф. Зикриёева (последнее переиздание датируется 2019 годом). В результате вся история покрывается с 6 по 9 классы, а затем в 10 и 11 классов возвращаются к предмету и изучают его более подробно. Все новые учебники были одобрены и рекомендованы Министерством образования Республики Таджикистан. Поскольку они являются единственным набором литературы доступным для преподавания истории в школах по всей стране, то и идеи, и исторические дискурсы стоит подвергнуть критическому анализу. Важно также отметить, что преподавание предмету в школах осуществляется преимущественно на таджикском языке.
10

Несмотря на то, что существуют некоторые различия между советской и современной историей, все же сохранилась преемственность в доказательствах. Ярким примером является подход к русскому/советскому наследию и россиянам. Учебники обеих эпох представляют практически идентичные повествования о русских завоеваниях. Фактически, некоторые отрывки из советских книг были полностью скопированы и перенесены в современные аналоги. Одним из объяснений данного факта является то, что автор одного из современных учебников – А. Мухторов идентичен А. Мухтарову, который был соавтором учебника советских времен5.

5. Blakkisrud H., Nozimova S. (2010) History writing and nation building in post-independence Tajikistan, Nationalities Papers, 38:2, p. 173-189.
11

После отмены крепостного права в 1861 году Россия начала активное капиталистическое развитие и рассматривала Центральную Азию как потенциальный источник для удовлетворения растущей потребности в сырьевых ресурсах67. Несмотря на сопротивление со стороны местных правителей и населения, России удалость получить в достаточно короткие сроки контроль над регионом. С одной стороны, авторы учебника советских времен подвергают критике колониальную политику царской России и тот факт, что местное население было отнесено ко второму классу граждан и отношение к нему было соответственным8. Однако, с другой стороны, завоевание оправдывается и рассматривается как прогресс, привнесенный в отсталый регион: «Во второй половине XIX века под влиянием передовой российской культуры и науки прогресс был достигнут в политической, социальной и культурных сферах жизни Центральной Азии»9.

6. История таджикского народа: Учебник для 8-10-х классов / Б. А. Литвинский, А. Мухтаров, В. А. Козачковский, И. Обидов. - Сталинабад: Учпедгиз Таджик. ССР, 1959. С. 96.

7. Мухторов А. Таърихи халқи тоҷик (асрҳои XIV-XIX). Китоби дарсӣ барои синфи 8 мактабҳои тахсилоти умумӣ. ЧДММ «Офсет», Душанбе, 2009. С. 82-83.

8. История таджикского народа: Учебник для 8-10-х классов / Б.А. Литвинский, А.Мухтаров, В.А. Козачковский, И.Обидов. - Сталинабад: Учпедгиз Таджик. ССР, 1959. С. 102.

9. История таджикского народа: Учебник для 8-10-х классов / Б.А. Литвинский, А.Мухтаров, В.А. Козачковский, И.Обидов. - Сталинабад: Учпедгиз Таджик. ССР, 1959. С. 123.
12 Рассматривая вопрос иммиграции этнических русских в Центральную Азию, Хайдаров, автор другого учебника советских времен, заявляет: «Русские иммигранты сыграли очень позитивную роль в истории центрально-азиатского региона. Они способствовали развитию промышленности региона; освоению целинных и пойменных земель; улучшению ирригационной системы; внедрению новых культур (таких как сахарная свекла, подсолнечник и табак) и овощей; и поделились своим опытом землепользования и современной агротехникой»10.
10. История Таджикской ССР: Учеб. для 10-11-х кл. сред. шк. / Г. Хайдаров. - Душанбе: Маориф, 1991. С. 7.
13

Подобные взгляды на «цивилизационную миссию» русских представлены и в современном тексте Набиевой и Зикриёева11. Авторы утверждают, что в социально-политическом мышлении жителей Центральной Азии произошли радикальные изменения в результате русского завоевания и развития капиталистических отношений. Таким образом, по-прежнему преобладает образ русских как цивилизованного «старшего брата», который привнес радикальные позитивные изменения во все сферы жизни.

11. Набиева Р.А. История таджикского народа: учебник для 9-го класса общеобразовательной школы) / Ф.Б.Зикриёев, Р.А.Набиева. - Красноярск: Офсет, 2001. С. 8.
14

Перейдем к следующему сюжету – Октябрьской революции и установлению советской власти. Хайдаров в учебнике советской эпохи, естественно, приветствует как Февральскую революцию, так и Октябрьскую революцию 1917 года. Он также обсуждает, как большевистский характер власти нарастал в Туркестане, Бухарском эмирате и в других частях Центральной Азии12. Более удивительным является то, что и Набиева с Зикриёевым13, и Хакимов14 придерживаются той же позитивной интерпретации большевистской революции.

12. История Таджикской ССР: Учеб. для 10-11-х кл. сред. шк. / Г. Хайдаров. - Душанбе: Маориф, 1991. С. 38-63.

13. Набиева Р.А. История таджикского народа: учебник для 9-го класса общеобразовательной школы) / Ф.Б. Зикриёев, Р.А. Набиева. - Красноярск: Офсет, 2001. С. 23-30.

14. Хакимов Н.Х. История таджикского народа (учебник для 10-го класса общеобразовательной школы) / Н.Х. Хакимов. - Душанбе: Собириѐн, 2006. С. 5-13.
15

В целом, описание «контрреволюционных сил» практически с одинаковых позиций освещено в учебниках разных эпох. Как отмечает Хайдаров, эти движения были поддержаны силами лояльными Имперской России, местным феодалам и антисоветским западным государствам15. Опять же, таджикская современная историография воспроизводит тот, же советский взгляд – Советы по-прежнему являются героями, так как движение басмачей представлено как «террористическая группа», которая сдерживает построение мирной социалистической жизни, грабя и сжигая деревни и школы1617.

15. История Таджикской ССР: Учеб. для 10-11-х кл. сред. шк. / Г. Хайдаров. - Душанбе: Маориф, 1991. С. 64-76.

16. Набиева Р.А. История таджикского народа: учебник для 9-го класса общеобразовательной школы) / Ф.Б. Зикриёев, Р.А. Набиева. - Красноярск: Офсет, 2001. С. 32-40.

17. Хакимов Н.Х. История таджикского народа (учебник для 10-го класса общеобразовательной школы) / Н.Х. Хакимов. - Душанбе: Собириѐн, 2006. С. 14-43.
16

Наступление советской власти привело к культурной революции, которую Хакимов определил, как «радикальные изменения и прогресс в области массового образования, науки, здравоохранения, культуры, литературы и развития национальных кадров»18. Все авторы учебников превозносят большие успехи советских властей в продвижении политики массового образования и ликвидации неграмотности. Утверждается, что к 1939 году 82,8% населения Таджикской ССР было грамотным19. Неотъемлемой частью этой политики стали алфавитные реформы, которые фактически отсоединили народы Центральной Азии от их прошлого. Большинство людей больше не могли читать дореволюционную литературу; кроме того, таджики были отрезаны от литературы своих персо-язычных родственников в Иране и Афганистане. Однако ни советский, ни современный учебник не рассматривают данные аспекты реформы. Хайдаров утверждает, что переход от арабского к латинскому (в 1928 г.), а затем и к кириллице (в 1939 г.) помог ускорить темпы и качество борьбы с неграмотностью20. Со своей стороны, Хакимов просто утверждает, что советские власти исходили из соображений необходимости, поскольку полиграфическая промышленность не могла удовлетворить растущую потребность в литературе, которая должна была быть напечатана другим шрифтом21.

18. Хакимов Н.Х. История таджикского народа (учебник для 10-го класса общеобразовательной школы) / Н.Х. Хакимов. - Душанбе: Собириѐн, 2006. С. 145.

19. Хакимов Н.Х. История таджикского народа (учебник для 10-го класса общеобразовательной школы) / Н.Х. Хакимов. - Душанбе: Собириѐн, 2006. С. 146.

20. История Таджикской ССР: Учеб. для 10-11-х кл. сред. шк. / Г. Хайдаров. - Душанбе: Маориф, 1991. С. 90.

21. Хакимов Н.Х. История таджикского народа (учебник для 10-го класса общеобразовательной школы) / Н.Х. Хакимов. - Душанбе: Собириѐн, 2006. С. 103.
17 Советский проект модернизации рассматривается с позиций вовлечения таджикского народа в современный мир. Одним из таких примеров является эмансипация женщин. В учебнике советского периода Хайдаров пишет: «Гендерные вопросы занимали особое место не только в культурной, но и в общественно-политической жизни Таджикистана в 1920-е годы; судьба социализма в республике в значительной степени зависела от их успешного решения [...]: необходимо было вести решительную битву за установление подлинного равенства между женщинами и мужчинами, раскрепощать вчерашних жителей Пурды и вовлекать таджикских женщин в строительство нового мира»22.
22. История Таджикской ССР: Учеб. для 10-11-х кл. сред. шк. / Г. Хайдаров. - Душанбе: Маориф, 1991. С. 91.
18

Аналогичным образом Набиева и Зикриёев высоко оценивают борьбу советских властей против старого порядка и поддержку эмансипации женщин. В частности, они указывают на движение «Худжум», как на одну из самых позитивных и эффективных советских политик в этой области23. Худжум («Наступление») – движение за равноправие и просвещение женщин, проходившее в 1920-1930-е гг. преимущественно на территории Средней Азии. Политика СССР, осуществляемая в данном направлении, предполагала переосмысление роли женщины в традиционных мусульманских обществах, предоставление ей возможности получения достойного образования, равных с мужчинами прав и др. Одним из ярких событий в рамках данной политики стала борьба за снятие паранджи как символа угнетения женщин.

23. Набиева Р.А. История таджикского народа: учебник для 9-го класса общеобразовательной школы) / Ф.Б. Зикриёев, Р.А. Набиева. - Красноярск: Офсет, 2001. С. 52-53.
19

Кампания по коллективизации рассматривается также с позитивных позиций. Таджикская ССР была очень отсталой в плане технико-экономического развития. Таким образом, Хайдаров утверждает, что коллективизация сопровождалась борьбой за искоренение «остатков феодального прошлого - патриархальных, основанных на родстве сельскохозяйственных отношений, которые царили в большинстве частей страны»24. Поскольку этот учебник был написан во времена гласности, он также мог отметить, что в некоторых случаях те, кто отвечал за процесс коллективизации, допустили ошибки или неправильно реализовали/интерпретировали партийную линию. «Были некоторые случаи», признает Хайдаров, когда они забирали скот у бедных таджикских дехкан (крестьян) и заставляли их вступать в колхозы25. Тем не менее, современные учебники не развивают эту критику дальше, и представляют в основном схожие взгляды. Обсуждая позитивные аспекты процесса коллективизации, Набиева и Зикриёев делают вывод, что «уровень жизни всего населения улучшился, потребности промышленности в сырье и населения в продуктах питания были успешно удовлетворены»26. Авторы современных учебников, таким образом, продолжают игнорировать травмы самого процесса коллективизации, его разрушительное воздействие на сельскохозяйственную систему, а также на традиционное таджикское общество в целом.

24. История Таджикской ССР: Учеб. для 10-11-х кл. сред. шк. / Г. Хайдаров. - Душанбе: Маориф, 1991. С. 98.

25. История Таджикской ССР: Учеб. для 10-11-х кл. сред. шк. / Г. Хайдаров. - Душанбе: Маориф, 1991. С. 99.

26. Набиева Р.А. История таджикского народа: учебник для 9-го класса общеобразовательной школы) / Ф.Б. Зикриёев, Р.А. Набиева. - Красноярск: Офсет, 2001. С. 59.
20 Большой террор 1930-х годов представляет собой одну из самых мрачных страниц советской истории. Даже учебник Хайдарова советской эпохи открыто критикует данный исторический сюжет: «Под предлогом борьбы против «сторонников» буржуазной и феодальной культуры тысячи представителей дореволюционной таджикской интеллигенции были репрессированы [...] под прикрытием нападок на «носителей» феодально-религиозной идеологии, «Классовая борьба» была объявлена ​​против всех тех, кто мог читать или обладать любой литературой, написанной на арабском языке»27.
27. История Таджикской ССР: Учеб. для 10-11-х кл. сред. шк. / Г. Хайдаров. - Душанбе : Маориф, 1991. С. 117.
21

Отношение ко второй волне репрессий, проведенной в конце 1940-х – начале 1950-х годов схоже в учебниках советской и современной эпох. Набиева и Зикриёев рассказывают о политических репрессиях и приводят имена некоторых жертв28. Однако главным виновником является Сталин с его «культом личности», а не советская система как таковая.

28. Набиева Р.А. История таджикского народа: учебник для 11-го класса общеобразовательной школы) / Ф.Б. Зикриёев, Р.А. Набиева. - Красноярск: Офсет, 2006. С. 26-27.
22 Основное различие в понимании советского периода заключается в национально-территориальном разграничении Центральной Азии. Официальная советская точка зрения представляла это как процесс, в котором границы были проведены, насколько это возможно, чтобы учесть этнические различия. Интересным моментом в современных учебниках является тот факт, что претензии адресованы не в сторону СССР, а против нового/старого врага – узбеков. Три учебника – Хайдарова, Набиевой с Зикриёевым и Хакимова схоже оправдывают советскую власть, изображая Москву жертвой пантюркистской/пан-узбекской пропаганды. Как только советская власть осознала, допущенные ошибки, она всячески попыталась улучшить положение таджиков.
23

Вторая область, в которой современные учебники в определенной степени отклоняются от версий советской эпохи, - это освещение «периода стагнации» 1970-х – 1980-х годов. По словам Хайдарова, этот период характеризовался замедлением экономического развития, в котором он обвиняет «безответственное и нерациональное использование природных и людских ресурсов»29. Набиева и Зикриёев следуют аналогичной линии рассуждений и утверждают, что период застоя охватил все сферы жизни: экономическую, политическую, социальную и культурную30. Однако в целом авторы этого современного учебника для 11-го класса демонстрируют более критическое отношение к событиям, имевшим место в последние два десятилетия советского периода. Они утверждают, что главной проблемой Советского Союза была идеологическая и политическая монополия власти, которой обладала Коммунистическая партия. Принимая во внимание этот более неодобрительный подход, кажется несколько удивительным, что авторы не упоминают о советском вторжении в Афганистан в 1979 году. Это было событие, которое имело глубокие последствия для Советского Союза как такового, но тем более для Таджикской ССР, чья этническая родня оказалась в зоне боевых действий.

29. История Таджикской ССР: Учеб. для 10-11-х кл. сред. шк. / Г. Хайдаров. - Душанбе : Маориф, 1991. С. 150; с. 167.

30. Набиева Р.А. История таджикского народа: учебник для 11-го класса общеобразовательной школы) / Ф.Б. Зикриёев, Р.А. Набиева. - Красноярск: Офсет, 2006. С. 69-70.
24 Можно было бы ожидать более ревизионистского подхода – восстания «бывшей колонии» против «колонизатора». Однако несмотря на сталинские чистки 1930-х годов, травмы коллективизации и русификации, учебники истории Таджикистана продолжают изображать советский период в значительной степени позитивно. В отличии от большинства стран постсоветского пространства, сложившийся политический дискурс в Республике Таджикистан не включает в собственную систему исторического нарратива колониальную или оккупационную логику по отношению к СССР. Для многих постсоветских республик образ врага в лице Советского Союза занял главное место в вопросах консолидации общества и элит. Однако в Таджикистане это место заняла узбекская этносоциальная группа, а само отношение к царскому и советскому периодам остается достаточно позитивным (особенно в случае ранних советских реформ), либо в целом нейтральным. Кроме того, в некоторых книгах, явно все еще находящихся под влиянием советской историографии, пребывание в составе СССР всегда рассматривалось гражданами Таджикистана с точки зрения защиты таджикского языка, местной культуры, обычаев и, конечно же, становления современного национального государства со всеми атрибутами власти. При этом, действия советского руководства теперь подвергаются критике по следующим вопросам: перевод письменности с персидской вязи на кириллический алфавит; антирелигиозная политика властей; процесс искусственного проведения таджикско-узбекской границы, вследствие которого целые города и районы, населённые таджиками, оказались в составе УзССР (а затем и Узбекистана).

References

1. Blakkisrud H., Nozimova S. History writing and nation building in post-independence Tajikistan, Nationalities Papers, 38:2, 2010. p. 173-189

2. Istoriya tadzhikskogo naroda: Uchebnik dlya 8-10-h klassov / B. A. Litvinskij, A. Muhtarov, V. A. Kozachkovskij, I. Obidov. - Stalinabad: Uchpedgiz Tadzhik. SSR, 1959. 215 s.

3. Istoriya Tadzhikskoj SSR: Ucheb. dlya 10-11-h kl. sred. shk. / G. Hajdarov. - Dushanbe: Maorif, 1991. 174 s.

4. Muhtorov A. Ta"rihi halқi toҷik (asrҳoi XIV-XIX). Kitobi darsӣ baroi sinfi 8 maktabҳoi tahsiloti umumӣ. CHDMM «Ofset», Dushanbe, 2009. 192 s.

5. Nabieva R.A. Istoriya tadzhikskogo naroda: uchebnik dlya 9-go klassa obshcheobrazovatel'noj shkoly) / F.B. Zikriyoev, R.A. Nabieva. - Krasnoyarsk: Ofset, 2001. 128 s.

6. Nabieva, R.A. Istoriya tadzhikskogo naroda: uchebnik dlya 11-go klassa obshcheobrazovatel'noj shkoly) / F.B. Zikriyoev, R.A. Nabieva. - Krasnoyarsk: Ofset, 2006. 192 s.

7. Burd'e P. Sociologiya social'nogo prostranstva. — M.-SPb., 2007. 288 s.

8. Miller A.I. Istoricheskaya politika v Vostochnoj Evrope nachala XXI veka // Istoricheskaya politika v XXI veke / Pod red. A. Millera, M. Lipman. — M., 2012. S. 328–367

9. Malinova O.YU. Politika pamyati kak oblast' simvolicheskoj politiki / METODOLOGICHESKIE VOPROSY IZUCHENIYA POLITIKI PAMYATI. Sbornik nauchnyh trudov. Moskva, 2018. S. 27-53

10. Hakimov N.H. Istoriya tadzhikskogo naroda (uchebnik dlya 10-go klassa obshcheobrazovatel'noj shkoly) / N.H. Hakimov. - Dushanbe: Sobiriѐn, 2006. 215 s.