Интерпретация: история и применение метода социально-гуманитарного познания (герменевтический подход)
Интерпретация: история и применение метода социально-гуманитарного познания (герменевтический подход)
Аннотация
Код статьи
S258770110000034-9-1
DOI
10.18254/S0000034-9-1
Тип публикации
Статья
Статус публикации
Опубликовано
Авторы
Пилюгина Маргарита Алексеевна 
Аффилиация: научный сотрудник, Сектор методологии междисциплинарных исследований человека Института философии РАН
Адрес: Российская Федерация, Москва, 109240, ул. Гончарная, д. 12, стр. 1
Выпуск
Аннотация
Интерпретация представлена как общая, междисциплинарная методология исследования социально-гуманитарных смыслов. На материале истории развития метода раскрывается, как интерпретация расширяла свой аппарат и область применения, сохраняя при этом изначальную направленность на работу со смыслами. Последовательная логика развития истолкования в контексте герменевтики, философского знания и конкретных социально-гуманитарных наук позволяет рассматривать её как самостоятельную область научных исследований, занимающуюся пониманием социально-исторических смыслов – теорию интерпретации.
Ключевые слова
герменевтика, интерпретация, понимание, смысл, метод, опыт, гуманитарное знание, история, культура, память, человек
Классификатор
Получено
04.06.2018
Дата публикации
05.06.2018
Кол-во символов
27598
Всего подписок
5
Всего просмотров
1129
Оценка читателей
0.0 (0 голосов)
Цитировать Скачать pdf

Для скачивания PDF необходимо авторизоваться

1 Человек всегда стремится понять и объяснить происходящие явления и события. Накапливая опыт и знание, переходя от мифологической к научной картине мира, он сформировал правила и методы для успешной ориентации в окружающем мире. В связи с этим актуальность приобретают исследования, направленные на систематизацию системы знаний и методов (общих и специальных) для построения согласованной картины мира. Интерпретация является основополагающим инструментом понимания на уровне повседневной жизни и в научном познании. Она имеет как общие установки, так и отличительные особенности в зависимости от области применения. Для обоснования интерпретации в качестве метода, обладающего универсальными и объединяющими свойствами для области социально-гуманитарных смыслов, предлагается проследить (I) историю развития интерпретации в рамках герменевтической традиции и последующего расширения проблематики и (II) в исследованиях каких проблем в социально-гуманитарных науках применяется данная методология.
2 (I) Развитие интерпретации происходило в русле герменевтической традиции, от приема, направленного на работу со смыслами – их обнаружение и понимание. Это объясняет их общую логику развития, т.е. аналогичные точки роста, которые обеспечили переход от контекстного применения к возможности выделения в отдельную область исследований.
3 Становление и развитие герменевтики как науки об истолковании связано с особенностью культурно-исторического, социально-политического и философского контекста. Античный способ мироописания и миропонимания мифологический – изначально наполненный символами, знаками и смыслами, которые направляли жизнь человека и общества во всех сферах, от принятия частных обыденных решений, до государственных и военных задач. Устная традиция передачи знаний, запросы обучения, неизбежная смена смыслов и самого языка, связанная со сменой поколений 1 – всё это явилось изначальным стимулом обращения к проблематике понимания. С появлением и распространением письменных источников практика истолкования обогащается деятельностью по переводу и комментированию текстов, оформляется метод парафраза, который их сочетал. Результатом явилась традиция работы с текстом, которая послужит становлению филологической и лингвистической областей знания.
1. См. Адо Пьер. Духовные упражнения и античная философия / М., СПб. Изд-во «Степной ветер»; ИД «Коло». 2005.
4 Развитие философских идей, в частности школы софистов и учения Сократа, способствовало распространению философских знаний. Прежде всего, логики, вопросов социального, этического и политического характера (например, истины, блага, устройства общества, свободы, образа правителя и т.д.). Кроме того, в связи с социально-политическим устройством становилось актуальным приобретение навыков по убеждению и аргументации необходимой позиции. Особенность функционирования политической и судебной систем предполагала возможность свободных выступлений граждан, защиты своих интересов. Ораторские речи с необходимостью должны были обладать убедительностью и доказательностью. Условием успеха любой коммуникации является использование интерпретации как обращенности к адресату, изначальной включенности Другого в логику аргументации для обоснования и правильной передачи собственных смыслов. Включение интерпретации способствовало пониманию риторики как (1) искусства убеждения, исследующего природу человека, его нравственные, психологические, эмоциональные особенности, и (2) прикладного навыка – знания приемов и техник, которым необходимо обучаться для достижения практического результата2.
2. См. Платон. Федр / Платон. Собрание сочинений: В 4 т. М., 1990-1994; Платон. Горгий / Платон. Собрание сочинений: В 4 т. М., 1990-1994; Аристотель. Риторика / Аристотель. Риторика (перевод О.П. Цыбенко). М.: «Лабиринт», 2011
5 Кроме просветительской и преподавательской деятельности, в рамках философии происходило уточнение вопросов понимания и интерпретации. Это касалось как выработки новых приёмов, так и общих проблем. В частности, стоики применяли аллегорический метод для понимания мифов. Особенность его состоит в различении буквального (внешнего) смысла текста или отдельного слова, имени и его скрытого (внутреннего) смысла – того, что скрыто. Использование аллегорического метода интерпретации позволяет различать внутренний (скрытый) смысл и внешний (буквальный) смысл текста (конкретного слова). В работах же Платона и Аристотеля встречается первое обращение к общим вопросам понимания, смысла, работе мышления, особенностям языка, его функционирования, связи предметов и их имён, что выводит рассмотрение проблемы интерпретации на новый – теоретический уровень.
6 С расширением культурных связей и появлением новых религиозных традиций (христианского вероучения) связан следующий этап в развитии методологии истолкования. За утверждением и распространением христианства следовала выработка основ учения – установление свода догматов, Священных текстов, правил и канонов по их пониманию. Интерпретация обратилась к текстам Священного Писания, проблемам его толкования и перевода3, складывается практика экзегезиса4. Изначально комментарии носили стихийный, не регулярный, методический характер. По мере систематизации знаний ключевое место приобретают вопросы выработки приемов и подходов к истолкованию и работе со смыслами (александрийская и антиохийская школы). Вопрос определения смыслов (буквального, аллегорического, нравственного и анагогического), их иерархии и значения смещается в духовную и этическую плоскость: «Буквальное нас учит тому, что случилось, аллегорическое тому, во что надо верить, нравственное тому, что надо делать, и анагогическое тому, к чему надо стремиться»5. Применение буквально-исторического (грамматического) смысла текста обращало внимание на необходимость систематической работы интерпретатора, знание и понимание контекста.
3. В рамках трёх священных языков – древнегреческого, иврита и латинского

4. Используется и в христианских конфессиях и в иудаизме

5. Августин Дакийский. Краткое пособие по богословию (Rotulus pugillaris, 1260) // Katechismus der Katholischen Kirche. Oldenbourg, 2007, S. 67
7 Вместе с этим меняются критерии обнаружения и ценности смыслов. Логичность и убедительность уступают место авторитетности (текста и комментатора) и непротиворечию Писанию. Смена отношения к осуществлению интерпретации, выработка правил этой деятельности связана с именем Аврелия Августина. Обобщая опыт истолковательной традиции, он сохраняет общую христианскую проблематику и подход, но вместе с тем говорит о соотношении веры и разума (знания). В трактате «О христианской доктрине» он приводит целостную систему особенностей работы с текстом: 1) текст представляет собой единое целое – есть взаимосвязь между целым и его частями, поэтому понимание отдельных фрагментов зависит от знания всего Священного Писания; 2) истолкованию неясных отрывов способствуют смыслы ясных отрывков; 3) обязательно различение основных смыслов Писания – буквального и метафорического; 4) наконец, говорит о необходимости знания языка, на котором написан текст, его функционирования и особенностей6. Таким образом формируются в качестве необходимых принципы контекстуального подхода и конгениальности. Такой подход способствовал рационализации методологии интерпретации, при этом, не входя в противоречие с христианским учением, и подготовил дальнейшее развитие герменевтики и её методов.
6. См. Августин Блаженный. Христианская наука, или Основания св. герменевтики и церковного красноречия. Киев. 1835.
8 Следующий этап на пути формирования стройной системы методологии интерпретации связан с работой Бенедикта Спинозы. Его «Богословско-политический трактат» посвящен не только (и не столько) вопросам веры, сколько особенностям перевода и толкования – представляет собой рекомендации и требования по работе с текстами Священного Писания. Работая в рамках христианской традицией, он сохраняет за данным корпусом текстов значение священного, имеющего сакральный смысл, но, развивая буквальное понимание текста, предлагает значительное методологическое нововведение – в истолковании Писания исходить из самого текста. Будучи написанным, даже канонический текст имеет автора и создан в конкретных культурно-исторических реалиях. В связи с этим, философ обращает внимание на необходимость знания и учёта суммы аспектов для понимания текста: филологических (свойства и природы языка текста и его авторов), культурно-исторических (норм и традиций), психологических (особенностей биографии автора) условий создания текста: «Для истолкования Писания необходимо начертать его правдивую историю и из нее, как из известных данных и принципов, заключать при помощи законных выводов о мысли авторов Писания»7. Таким образом, он предлагает изучение не только понимания смыслов священных текстов, но и их определенной истории, где для полноценного понимания должны быть учтены все контексты и обстоятельства8. В связи с таким пониманием развивается и подход к пониманию структурных отношений текста: для Спинозы они имеют взаимосвязанное целостное значение – интерпретация представляет цикличное движение между текстом и его частями. При этом с помощью филологической работы, пониманием культурно-исторических реалий, происходит расширение понимания, прояснение неясных смыслов. Таким образом, несмотря на явную религиозную проблематику, христианская герменевтика смогла предложить рациональные и систематические подходы к работе с текстами Священного Писания, которые в последующем стали универсальными, применимыми к текстам различного содержания.
7. Спиноза Б. Избранные произведения: в 2-х томах. Т. 2. Богословско-политический трактат. М.: Госполитиздат, 1957. С. 106

8. В том числе: 1) различные толкования; 2) почему конкретная книга включена в свод Писания; 3) каким образом все книги представляют единый канонический текст
9 Дальнейшее развитие герменевтики связано не только с уточнением методологии интерпретации, но и последовательным расширением её проблематики. В качестве важных точек роста на этом пути стоит отметить следующие:
10 Движение реформации, направленное против канонизации католической Церкви, призывавшее к свободному толкованию Писания, перевод текстов на национальные языки, которое стимулировало повышение уровня грамотности и распространение идеи свободной интерпретации Писания и вышедшее за его пределы. В связи с этим развивается «светская» проблематика интерпретации. Джамбаттисто Вико использует её для понимания истории и общества, отстаивая научный и самостоятельный дисциплинарный характер исторического знания. Используя наработанную методологию, он отмечал необходимость корректной работы с источниками (знание языка, терминологии, культурных, исторических и социально-политических реалий эпохи), необходимость объективной и системной работы историка9.
9. Эта установка останется одной из основных в работе с историческими смыслами
11 Значительное развитие методологии интерпретации и придание ей системного вида, связано с исследованиями в сфере языка: Иоганн Мартин Хладениус связывает продуктивность деятельности, направленной на правильное понимание текста, с дидактической, подготовительной работой. Для этих целей он разрабатывает типологию неясностей: возникающие из-за текстуально искаженных или недостоверных отрывков10; недостаточного понимания языка оригинала11; наличия двусмысленностей в языке12; из-за недостатка предварительных знаний13. Значение идей И.М.Хладениуса состоит в объединении интерпретации в её методологическом аспекте с эпистемологической и когнитивной направленностью данной деятельности. Георг Фридрих Мейер продолжает эту линию, но обращается не только к тестам — изучает все виды знаков (вербальные, невербальные, искусственные). Для понимания их смыслов отмечается, необходимость знания широкого контекста, связей между частями и целым и экстралингвистических аспектов (интенции, смыслы автора). При этом Г.Ф. Мейер считает более значимыми и верными «смыслы, которые лучше соответствуют совершенству знаков авторов, пока не доказано противоположное»14.
10. На их поиск и прояснение направлена работа критики

11. Их устранение — задача филолога

12. Это относится к отдельным отрывкам или словами, техническими средствами этот тип неясностей не устраняется

13. Составляют предмет герменевтики — прояснение смыслов и значений при помощи изучения фактов и контекстов, касающихся создания и содержания текста

14. Цит. по Слесинский Р. Поиски в понимании. Введение в философскую герменевтику. [WWW document]. URL http://www.bim-bad.ru/docs/slesinsky_poiski_v_ponimanii.pdf
12 Завершил придание герменевтике вида стройной теории и статуса универсального метода работы с текстами Фридрих Шлейермахер. Основанием подхода и объектом своего исследования он делает проблему понимания — герменевтика обретает философский характер. Объединяя выработанные приёмы и установки в работе интерпретатора, он развивает грамматические и психологические подходы как равноправные и равнозначные15 для обнаружения наиболее корректных и правильных смыслов. Ф.Шлейермахер не только систематизировал и развил методологию интерпретации, но и придал ей универсальный, общий характер — приёмы и установки становлятся общими для работы с текстами как таковыми (различного характера и содержания).
15. Грамматические позволяют обнаружить объективные смыслы, скрытые за филологической, критической, контекстуальной работой; психологические контексты - связанные с жизнью и творчеством автора исследуемого текста, в том числе посредством идеи конгениальности автора и интерпретатора.
13 Указанные труды и идеи не только укрепили статус интерпретации как одного из базовых методов для понимания текстов, но и стимулировали осознание самостоятельного статуса исследований гуманитарной проблематики и необходимость их дисциплинарного определения. Оформление наук о духе вслед за естественными науками, представлявшими уже единый комплекс с общей методологической и проблемной базой, требовало решения аналогичных задач для полноценного и равноправного существования на научной арене. Наиболее ценны в контексте развития понимания и методов интерпретации работы Вильгельма Дильтея. В отличии дедуктивно-номологической и математизированной модели объяснения естественных наук он предложил философско-гуманистический подход. В качестве единого объекта исследования он предлагает жизнь в её многообразных формах16, а в основании методологии - установку на саморазвитие и понимание: себя, жизненного мира, духа и его истории, взаимопонимания людей (в том числе, коммуникативных навыков), и непосредственное переживание жизненного опыта. Будучи направленными на познание всех проявлений духовной жизни и деятельности человека, в качестве общей научной методологии для такого знания В.Дильтей предлагает понимающий подход, наиболее приближенный по мировоззренческой сути. На этом пути он закономерно обращается к герменевтике, которую понимает как искусство интерпретации. «Понимание и истолкование, — пишет философ, — это метод, используемый науками о духе. Все функции объединяются в понимании. Понимание и истолкование содержат в себе все истины наук о духе. Понимание в каждой точке открывает определенный мир»17.
16. Наиболее общие из них — философское знание, религия, искусство

17. Дильтей В. Наброски к критике исторического разума // Вопросы философии. № 4. 1988. С. 141.
14 Кроме работы с текстами, он использует интерпретацию применительно и к исторической действительности, деятельности человека в культуре и во времени. Такой подход позволил осуществить переход герменевтической теории и интерпретации от частного метода к общей методологии наук о духе. Для обоснования такой возможности, Дильтей предлагает своеобразный эмпирический подход, способствующий объективности знания. Он заключается в критическом методе, который он связывает с применением принципов конгениальности, сравнительных и исторических исследований, установки на непредвзятость в работе со смыслами.
15 С расширением научного знания и укреплением статуса гуманитарных наук, продолжалась работа по уточнению и развитию методологии. В этом контексте эвристичным представляется подход к социологии Макса Вебера. Сформулированное О.Контом, данное научное направление определялось и развивалось как «социальная физика», т.е. по образцу естественнонаучного знания, с использованием соответствующего языка, установками на описание, объяснение наблюдаемых фактов и наделенное предсказательной силой. Концепция М.Вебера «очеловечивает» социологию – вводит человека в качестве активного субъекта. Он предлагает новый подход, объединяя две методологические установки: количественную (причинность и ценностная нейтральность при формулировании социального знания) и качественную (динамичность социального поведения, активность субъекта и их ценностная составляющая)18. Он признает различие методологий, но говорит, что они могут продуктивно работать вместе: «естественные науки <…> также не могут обойтись без качественного аспекта: с другой стороны, и в нашей специальности бытует мнение, что <…> явление товарно-денежного обращения допускает применение количественных методов и поэтому может быть постигнуто с помощью законов»19. Внимание социолога, по мысли М.Вебера, должно быть обращено к человеку, пониманию его поведения, социальных фактов, мотивов. Исходя из понятых смыслов, используя сравнительный метод, учет исторического и культурного контекстов, логику (в том числе и здравый смысл), правила аргументации возможно построение моделей и типических образцов. Таким образом, подход М.Вебера к исследовательской деятельности выразил и предвосхитил возможность междисциплинарного взаимодействия в современной науке. Кроме того, понимающая философия закрепила роль интерпретации и герменевтической традиции В.Дильтея, который, как писал Г.-Г. Гадамер «расширил герменевтику до органона наук о духе»20.
18. См. Gimbel E.W. The Status of Interpretation in the Philosophy and Practice of the Social Sciences. // Presented at The University of Minnesota Political Theory Colloquium, November 17, 2006. Р.5.

19. Вебер М. «Объективность» социально-научного и социально-политического познания/ Избранные произведения. М.: Прогресс, 1990. С. 371-372.

20. Гадамер Г.-Г. Истина и метод: Основы филос. герменевтики./ М.: Прогресс, 1988. С.317.
16 Таким образом, к XX веку понимание и значение интерпретации уточнялось и прошло путь от вида познавательной деятельности — к самостоятельному (специальному) методу — и далее, методологии (системы методов). Наряду с изменением общей направленности развития философии, появлением новых философских течений и способов решения вопросов, это подготовило онтологический поворот в герменевтике — она стала философской — обратилась к поиску оснований понимания. Расширение проблемного поля осуществлялось за счёт обращения к определению коммуникации, рассмотрению возможности символической интеракции в качестве коммуникативного акта понимания: вопрос «Как читать?» заменяется вопросом «Как возможно общение?». Философская герменевтика представлена именами Мартина Хайдеггера, Ганса-Георга Гадамера и Поля Рикёра, которые рассматривают понимание предельно широко - как свойство человеческого бытия.
17 Бытие человека в мире находится в центре философской системы М.Хайдеггера. Он изучает жизнь, как философскую категорию, наполненную смыслами, и понимание как элемент её проявления и способ бытия в мире. По мере постижения мира, накопления опыта и знаний, человеку, который живет и ищет себя во времени и традиции, постепенно открывается Бытие и его смыслы. Осуществление понимания и интерпретации, по мысли Хайдеггера, возможно только при помощи языка, который определяет постановку проблем и способ их решения. Встреча с миром и его познание представлено методом вопрошания — включенности человека в мир и обращения к нему вместе с расширением области доступных смыслов и знаний.
18 Г.Г. Гадамер развивает идеи М.Хайдеггера, по уточнению философской направленности герменевтики и интерпретации обращаясь к области культурно-исторических события и явлений. Он (1) закрепляет ведущее значение языка в процессах понимания, коммуникации, фиксации и передачи знаний и традиций; (2) отмечает направленность любой интерпретации — это всегда деятельность, в которой имеется Другой, для которого и совместно с которым и происходит наполнение смыслами. И это предельно открытая и бесконечная работа, и сам процесс получения смыслов и его результаты могут стать новым объектом истолкования. (3) развивает вопрос об опосредованности понимания наличием традиции и предварительного знания. Г.-Г. Гадамер отмечает, что это неизбежно, т. к. человек всегда уже включен во множество контекстов (культурных, исторических, лингвистических, социальных), но этот аспект может не только способствовать пониманию, но и затруднять его и мешать в силу наличия личных предрассудков, убеждений. (4) Из этого вытекает вопрос об объективности знания и смыслов, открывающихся при понимании. Диалогочность процесса, наличие различных интерпретаций и исторический процесс должны способствовать его продуктивности, прояснять отдельные истолкования (например, с помощью изучения последствий изучаемых явлений, выявления новых фактов).
19 Специальным объектом рассмотрения диалогичность и вопросы осуществления коммуникации становятся в герменевтике П.Рикёра. Расширение области применения интерпретации, он обосновывает текстологической, языковой вписанностью (опосредованностью) человека в мир. В связи с предельно широким пониманием текста понимание и интерпретация становятся фактически универсальными — всё, что имеет символьное воплощение вербального или невербального характера (слово, текст, символы, артефакты, явления социальной жизни), может стать их объектом. Обязательное участие Другого предполагает рассмотрение проблемы понимания различных контекстов — П.Рикёр вводит в качестве необходимых вопросы взаимопонимания, понимания Другого и Другим. Общий контекст и смысл опосредован частными ситуационными контекстами, которые формируют согласованные образцы и ориентиры для понимания фрагмента реальности (текса, явления, события и т. д.) как феномена культуры.
20 Таким образом, развитие герменевтики, возвышение её до философской дисциплины, раскрывало и уточняло применение интерпретации — от специального метода анализа текстов до включения в область исследований многочисленных смыслов, окружающих человека и сопровождающих его жизнь (явлений, событий, артефактов – культурно-исторических, социальных и коммуникативных смыслов). Как было показано, это движение осуществлялось естественно вместе с накоплением опыта и знаний — основания методологии, установки интерпретатора не претерпевали качественных изменений на пути включения новых предметных областей и объектов исследований.
21 (II) Разрабатывая вопросы познания и условий коммуникации людей, взаимодействия культур, современная герменевтика обеспечивает критический горизонт для многих современных научных дискуссий. Интерпретация и проблема понимания широко используется при обсуждении самых разных вопросов социального, культурно-исторического, политического характера: «нет независимого от интерпретации подхода к миру, ни в области познания, ни в сфере деятельности, ни где-либо еще»21. Использование специальных методов частными социально-гуманитарными науками сохраняет при этом их общую проблемную направленность — на понимание и работу со смыслами, поиск причинных связей, исследование объектов в их статичном и динамичном состоянии. На этом пути интерпретация является общей методологией, предлагает общие способы изучения объектов, нагруженных человекоразмерными смыслами. Она обеспечивает диалогичность исследования, его включенность в систему имеющегося знания и культуры через уточнение и прояснение смысловых контекстов как объекта, так и субъекта познания, определение их места в картине мира (личной или научной). Это способствует целостному пониманию и созданию уточненных, наиболее непротиворечивых интерпретаций, гипотез, теорий22.
21. Ленк Х. Схемные интерпретации и интерпретационный конструкционизм // Научные и вненаучные формы мышления. Симпозиум. Москва, 4–9 апреля 1995 г. Москва – Киль, 1996

22. Признание безграничности области непознанного человеческим разумом делает открытым вопрос о возможности истинного знания (так же как и того, что такое истина). В связи с этим, нет результата истолкования, который может быть окончательно законченным, верным и полным, а деятельность по интерпретации оказывается актуально открытой.
22 Методология интерпретации продуктивно используется многими социально-гуманитарными науками, при решении не только теоретических вопросов (например, специфики осуществления исследовательской деятельности в каждой конкретной области23), но и практических задач:
23. М.: Мегилл А. Историческая эпистемология. М.: «Канон+» РООИ «Реабилитация». 2009. 480 с.
23
  • в области социальных (в том числе и обыденных) и культурных смыслов: самоидентификации человека24; влияния социальных, культурных, политических контекстов25; особенностей и условий успешного взаимодействия с другими людьми и культурами (как в коммуникации, так и в процессе деятельности)26; возможности и специфики поиска смыслов произведений искусства, технических и технологических артефактов27.
24. См.: Гофман И. Анализ фреймов. Эссе об организации повседневного опыта. М.: Институт социологии РАН, 2004; 752 с.

25. См.: Шюц А. Смысловая структура повседневного мира: очерки по феноменологической социологии. М.: Институт Фонда «Общественное мнение». 2003. 336 с.

26. См.: Гирц К. Интерпретация культур. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН). 2004. 560 с.

27. См.: Dennett Daniel C. The Interpretation of Texts, People and Other Artifacts // Philosophy and Phenomenological Research. L, Supplement, 177-94, Fall 1990. Reprinted // M. Losonsky, ed., Language and Mind: Contemporary Readings in Philosopohy and Cognitive Science, Blackwells. 1995
24
  • в области исторических смыслов (во многом развивающиеся в связи с политическими контекстами): изучения различных аспектов памяти (коллективной, культурной, исторической, устной истории)28; прояснения смыслов прошедших событий и явлений, их причин и последствий29; чрезвычайно актуальными в связи с историческими событиями XX и XXI вв. становятся вопросы этического и ценностного характера - признания, ответственности, вины.
28. См.: Ассман Я. Культурная память: Письмо, память о прошлом и политическая идентичность в высоких культурах древности. М.: Языки славянской культуры. 2004. - 368 с.; Хаттон Х.П. История как искусство памяти. СПб.: изд-во «Владимир Даль». 2004. 423 с.

29. См.: Историческая политика в XXI веке: Сборник статей. Под редакцией: А. Миллера, М. Липмана. М.: Новое литературное обозрение. 2012. 648 с. ISBN 978-5-86793-968-7 ISSN 1815-7912
25 Таким образом, понимание проникает во все сферы жизни и области знания о человеке, исследуется и раскрывается на междисциплинарном и коммуникативном уровне. Интерпретация становится неотъемлемым методом обнаружения и расшифровки обилия смыслов, объединяя и согласуя их в непротиворечивую систему знания, благодаря которой человек успешно ориентируется и действует в мире и обществе.

Библиография



Дополнительные источники и материалы

1.Августин Блаженный. Христианская наука, или Основания св. герменевтики и церковного красноречия. Киев. 1835. – 355 с.

2.Августин Дакийский.  Краткое пособие по богословию (Rotulus pugillaris, 1260) // Katechismus der Katholischen Kirche. Oldenbourg, 2007, S. 67

3.Адо Пьер. Духовные упражнения и античная философия / М., СПб. Изд-во «Степной ветер»; ИД «Коло». 2005. – 448 с.

4.Аристотель. Риторика (пер. О.П. Цыбенко), Поэтика (пер. В.Г. Аппельрота) М.: Лабиринт, 2011. – 208 с. 

5.Ассман Я. Культурная память: Письмо, память о прошлом и политическая идентичность в высоких культурах древности. М.: Языки славянской культуры. 2004. – 368 с.

6.Вебер М. «Объективность» социально-научного и социально-политического познания/ Избранные произведения. М.: Прогресс, 1990. – 808 с.

7.Гадамер Г.-Г. Истина и метод: Основы филос. герменевтики. М.: Прогресс, 1988. – 704 с. 

8.Гирц К. Интерпретация культур. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН). 2004. – 560 с.

9.Гофман И. Анализ фреймов. Эссе об организации повседневного опыта. М.: Институт социологии РАН, 2004. – 752 с.

10.Дильтей В. Наброски к критике исторического разума // Вопросы философии. № 4. 1988. С. 135-152.

11.Историческая политика в XXI веке: Сборник статей. Под редакцией: А. Миллера, М. Липмана. М.: Новое литературное обозрение. 2012. – 648 с.

12.Ленк Х. Схемные интерпретации и интерпретационный конструкционизм // Научные и вненаучные формы мышления. Симпозиум. Москва, 4–9 апреля 1995 г. Москва – Киль, 1996  

13.Мегилл А. Историческая эпистемология. М.: «Канон+» РООИ «Реабилитация». 2009. – 480 с.

14.Платон. Федр / Платон. Сочинения в четырех томах. Т. 2. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та: Изд-во Олега Абышко, 2007. – 228 с.

15.Платон. Горгий / Платон. Собрание сочинений: В 4 т. М., 1990-1994

16.Слесинский Р. Поиски в понимании. Введение в философскую герменевтику. [WWW document]. URL http://www.bim-bad.ru/docs/slesinsky_poiski_v_ponimanii.pdf  

17.Спиноза Б. Богословско-политический трактат. / Избранные произведения: в 2-х томах. Т. 2. М.: Госполитиздат, 1957. – 284 с.

18.Хаттон Х.П. История как искусство памяти. СПб.: изд-во «Владимир Даль». 2004. 423 с.

19.Шюц А. Смысловая структура повседневного мира: очерки по феноменологической социологии. М.: Институт Фонда «Общественное мнение». 2003. – 336 с.

20.Dennett Daniel C.  The Interpretation of Texts, People and Other Artifacts // Philosophy and Phenomenological Research. L, Supplement, 177-94, Fall 1990. Reprinted // M. Losonsky, ed., Language and Mind: Contemporary Readings in Philosopohy and Cognitive Science, Blackwells. 1995.

21.Gimbel E.W. The Status of Interpretation in the Philosophy and Practice of the Social Sciences. // Presented at The University of Minnesota Political Theory Colloquium, November 17, 2006. Р.5.